Премия Metaratings Top Awards
В 2025-м Казахстан в UFC прожил тяжелый сезон: календарь был насыщен, имена звучали громче, но итог – четыре победы при девяти поражениях – оставил ощущение года, где каждый успех оплачивался откатом назад. Meta-ratings.kz подвел итоги уходящего года и вспомнил, кто огорчил, а кто подарил стране надежду.
Шавкат Рахмонов: главный герой, которого так и не увидели
Парадокс 2025-го в том, что главным казахстанским именем в UFC снова оказался боец, который ни разу не вышел в октагон. Шавкат Рахмонов весь год восстанавливался после травмы колена, полученной в бою с Иэном Гэрри на UFC 310, и в спортивной статистике у него – сухие 0-0. Однако информационно он оставался одной из ключевых фигур всего полусреднего дивизиона. Мировые медиа продолжали описывать его как «забытого, но самого заслуживающего претендента», обсуждали возможный титульный бой и спорили, не выдавили ли его из очереди более активные конкуренты.
К концу года Рахмонов несколько раз обозначал ориентировочный горизонт возвращения – весна 2026-го – и говорил о желании либо сразу драться за пояс против нового чемпиона Ислама Махачева, либо провести большой бой с Джеком Деллой Маддаленой, чтобы снять любые вопросы о статусе первого претендента. В Казахстане его простой воспринимали как упущенное окно: в сезоне, когда другим приходилось буквально цепляться за место в ростере, Шавкат оставался единственным, кого обсуждали на уровне чемпионской повестки, несмотря на нулевую активность.
Дебюты ударили по нервам: новички учились выживать в UFC
Если смотреть на год через призму статистики, то новое звено казахстанского представительства в UFC провело сезон скорее как серию предупреждений, чем как прорыв. Дияр Нургожай, пришедший в UFC через претендентскую серию Даны Уайта и ставший первым казахстанцем с таким маршрутом, провел два боя – против бразильца Брендсона Рибейро и кыргызстанского полутяжеловеса Урана Сатыбалдиева – и оба проиграл сдачей, что автоматически отбросило его в зону риска. Дебют в марте с Рибейро закончился быстрым сабмишном в первом раунде, а выход против Сатыбалдиева в августе закрепил образ бойца, который умеет заходить в опасные обмены, но пока не научился выключать чужие сильные стороны и вовремя уходить из плохих позиций.
Алиби Идрис ознаменовал другую важную историю – первый казахстанец, пробившийся в UFC через The Ultimate Fighter. Дебютный поединок против опытного универсала Джозефа Моралеса тоже закончился досрочно не в его пользу: Идрис неплохо держал ритм, пытался навязывать давление, но в одном из эпизодов позволил сопернику перехватить шею и поплатился удушающим во втором раунде. На этом фоне в медиа чаще звучала формулировка про проект «на дистанцию», которому нужен не столько перезапуск, сколько адаптация к уровню UFC и более осторожный матчмейкинг.
Самым тихим, но показательно грустным сюжетом стал год Азата Максума. В 2024-м его рассматривали как аккуратного, но перспективного наилегчайшего, а в 2025-м казахстанец получил два поражения по очкам – от россиянина Тагира Уланбекова и американца Митча Рапосо – и оказался на грани вылета из промоушена. Оба раза оппоненты выигрывали за счет темпа, борьбы и контроля, а в медиа звучала мысль, что нынешний UFC – это не про экономичный, минималистичный стиль, а про явное доминирование или зрелищность, чего Максум так и не смог предложить.
Между элитой и увольнением: история Веретенникова как диагноз сезону
Отдельного разговора заслуживает Николай Веретенников – боец, который, казалось, получил все шансы, чтобы закрепиться в UFC, но в итоге оказался на грани, а затем и за пределами ростера. В 2025-м он провел три поединка: начал год тяжелым поражением техническим нокаутом от Остина Вандерфорда, затем вытащил победу раздельным решением над аргентинцем Франсиско Прадо и завершил сезон поражением по очкам от Пунаэле Сориано. Его год напоминал американские горки: готовность принимать сложные вызовы, бойцовский характер, умение выгрызать раунды, но отсутствие серии и четкого вектора, который заставил бы матчмейкеров верить в долгосрочный сценарий.
К концу года стало известно, что контракт Веретенникова с UFC не продлен, и этот сюжет особенно больно ударил по восприятию сезона. На фоне общего 4–9 картине не хватало хотя бы одной стабильной «рабочей лошадки» среднего уровня, и именно таким бойцом мог стать Николай – готовым драться часто и выходить против самых разных стилистических задач, не проваливаясь по уровню даже при поражениях. Его потеря сделала ситуацию еще более полярной: наверху – Рахмонов и Алмабаев, а внизу – те, кто только учится выживать в лиге.
Взлеты и падения Алмахана
На фоне общей серости и отрицательного баланса именно Бекзат Алмахан подарил Казахстану один из самых ярких моментов года в UFC. В мае он жестко нокаутировал Брэда Катону – канадского победителя The Ultimate Fighter и одного из опытных бойцов дивизиона – и в одно мгновение превратился из «одного из многих новичков» в автора хайлайта, который разлетелся по соцсетям и попадал в подборки лучших финишей турнира. Это был редкий случай, когда казахстанского бойца в англоязычных медиа обсуждали не в логике «перспективы» или «неплохого выступления», а как реальную угрозу, способную выключить опытного соперника одним точным моментом.
Но сезон, как часто бывает в UFC, не простил разовой вспышки. Во втором поединке Алмахан уступил по очкам более опытному оппоненту Александру Топурии, который грамотно разобрал его по раундам и не позволил повторить «эффект Катоны», – и завершил 2025-й с рекордом 1-1. В итоговых обзорах его чаще ставили в середину – между теми, кто провалился, и теми, кто сделал шаг к элите, – как пример бойца, которому важно превратить эффект «яркого вечера» в привычное состояние, а не исключение.
Вытащил год: Алмабаев вернул Казахстан в разговоры о титуле
На фоне травм, увольнений и болезненных дебютов именно Асу Алмабаев стал главным спортивным лицом Казахстана в UFC. Его год начался с удара по амбициям: в марте он получил Манела Капе – взрывного наилегчайшего с тяжелым боксом – и проиграл техническим нокаутом, оборвав победную серию и временно выключив себя из прямой титульной гонки. В тот момент казалось, что Алмабаев рискует закрепиться в статусе «крепкого топ-15», который не добрался до самых больших боев вовремя.
Ответ оказался значительно жестче и взрослее. Летом Асу вернулся и уверенно прошел Хосе Очоа: казахстанец провел бой в своем стиле – давление, клинч, переводы и длинные отрезки контроля, где соперник постепенно терял инициативу и терпение. А осенью в Дохе он получил большой шанс против Алекса Переса – бывшего претендента на титул и бойца с резюме уровня «проверка на элиту». Алмабаев не просто выдержал этот экзамен, но и эффектно его забрал: довел бой до поздней стадии и «закрыл» соперника удушающим приемом из необычной позиции, доказав, что может не только лишать оппонентов комфорта, но и завершать поединки на самом высоком уровне.
Именно после победы над Пересом Алмабаев окончательно закрепился в разговорах о топ-10, а тема его титульной дистанции перестала быть локальной. Теперь каждое обсуждение дивизиона неизбежно сопровождается его фамилией, а предстоящий мейн-ивент с Брэндоном Морено на UFC Fight Night в Мехико воспринимается как прямой тест на готовность к чемпионскому бою. В год, когда большинство соотечественников либо падали и учились подниматься, либо боролись за место в ростере, Алмабаев стал тем, кто не просто выжил, а сделал шаг наверх – и именно вокруг его боев с Капе, Очоа, Пересом и предстоящим Морено сейчас строится главная казахстанская надежда на титул в ближайшие сезоны.
